В чем польза жизни?

Деревянные гробы, нагроможденные среди выдолбленных лодок — как точка отправки в другой мир. Главный герой в огромном дупле старой вербы — как символ отчужденности от внешнего мира, в котором ничего не успел сделать. В Орел приезжал знаменитый спектакль московского режиссера Камы Гинкаса «Скрипка Ротшильда», а главную роль там сыграл наш земляк, народный артист России Валерий Баринов.
  Яков колотит свои гробы уже много лет, по выходным «халтурит» на свадьбах, играя на скрипке. Неожиданно умирает жена Марфа. Ее смерть заставляет  Якова задуматься о проходящей жизни, которую он провел в подсчетах убытков и в поисках пользы. Воспаленно осознавая всю бесполезность своей жизни — с вечной бранью на безответную жену, с придирками и оскорблениями к еврейскому флейтисту Ротшильду — Яков занемогает и умирает.  Спектакль «Скрипка Ротшильда» — обладатель «Золотой Маски» - объездил с гастролями весь мир.  Небольшой рассказ Антона Чехова о гробовщике Якове Бронзе приобрел в спектакле Гинкаса  особую глубину и эмоциональность. Чеховская проза, благодаря режиссерской задумке, когда авторский текст раскидывается на всех актеров спектакля, звучит страшно, апокалиптично. Весь спектакль выстроен на предметах-символах.  Любимая скрипка Якова — здесь пила, деревянное корытце становится гробиком давно умершего ребенка Якова, а сам младенец — березовое поленце. Только смерть жены выводит Якова из казалось бы вечного оцепенения. Он осознает цену жизни только сейчас: понимает, что не надо было обижать жену и жида-флейтиста, понимает, что можно было прожить свою жизнь без убытков. Не без тех убытков, которые он на протяжении всей жизни считает на деревянных счетах, а без убытков для своей души, для своих близких.       Декорации на сцене скупы и мрачны: гробы, верстак — все из неокрашенного дерева. Но именно это голое дерево дает в то же время какое-то свежее восприятие бьющей жизни. Дерево — жизнь! Эти стружки (настоящие! актер их сам выстругивает прямо на сцене), летящие во все стороны... Кажется, будто даже запах древесины  ощущаешь!
   Блестящий образ флейтиста Ротшильда создает народный артист России Игорь Ясулович. Чеховский Ротшильд именно таким и представляется: длинный, тощий, жалкий, но при этом невероятно шустрый еврейчик. Кажется, будто он везде и всегда. То он сидит на верхушке высокой вербы, то выскакивает из-за гробов, смаху запрыгивая на высокий стол. К слову сказать, недавно Ясуловичу исполнилось 70 лет — отличная физическая форма!
   Несмотря на глубокую мысль и общий надрыв, спектакль насыщен юмором. Как смачно выпивает свой стакан браги фельдшер Максим Николаич (Алексей Дубровский), каким поистине царским жестом он выплескивает остатки на пол. Чеховское «фельдшер вспылил и крикнул» предваряется абсолютно сухими действиями актера: взял со стола топор, замахнулся, опустил. 
    Какими средствами можно усилить и без того гениальный чеховский текст? Яков везет больную старуху-жену (актриса Арина Нестерова) в больницу. У Чехова это просто «он взял у соседа лошадь и повез Марфу в больницу», а у Гинкаса Яков укладывает жену на плоскую доску, на доске несет ее как куколку, как ребенка. Невероятно впечатляющий момент!  Дополнительное эмоциональное усиление в спектакле дает громкий стук дерева о сцену -это Яков то в злости, то в горести опрокидывает гробы — практически единственные декорации на сцене.
Я всегда поражалась людям, которые живут как роботы: в иной прекрасный день они не замечают особенного света солнца, первый снег не вызывает у них никаких эмоций, а первая улыбка ребенка не трогает их родительское сердце. Они проживают свою жизнь как правило тихо и незаметно, и им от этого не плохо и не хорошо. Если они раздражены, они просто злятся. Если радостны.... Да не бывают, впрочем, они радостны.  Яков прожил так свою жизнь, но прожил все же ее с пользой, просто потому, что понял, что «ни разу не догадался купить жене платочек или принести со свадьбы чего-нибудь сладенького», что ведь можно было бы «и рыбу ловить, и на скрипке играть, и барки гонять, и гусей бить». А он все прозевал, но понял. Понял и плакал, горько плакал... Какие страшные убытки! Если бы не было ненависти и злобы, люди имели бы друг от друга громадную пользу.

Марьяна Мищенко